Блажен муж толкующий и переводящий

 

Поэт-экзегет

Преложение псалма 1. Михаил Ломоносов

 

Сегодня день переводчика. Трудно представить профессию более близкую труду экзегета, чем переводчик. Перевод – это художественное толкование, воссоздание текста во всем (насколько это возможно) его величии и красоте на другом языке. Художественное – не значит вымышленное, но значит сохранившее выразительность оригинала, его образность и силу.

Сегодня мы просто обязаны вспомнить переводчиков Септуагинты (Ветхий Завет на греческом), Кирилла и Мефодия, а также всех подвязавшихся на непосредственно апостольской труд, то есть тех, кто с верой и помощью Божьей по всему миру переводил Евангелие, которое, по завету Спасителя, должно быть проповедано всей твари.

Цель переводчика – донести сокровенные смыслы до читателя, причем сделать это таким языком, чтобы текст не только не утратил содержания, но и не исказился дополнениями. Иными словами, сохранил целостность.

Псалмы – поэтические тексты, нам же они известны в форме более близкой прозе, нежели поэзии. Михаил Ломоносов, перелагая псалмы в стихи, пытался возвратить поэтическую составляющую (не сводящуюся, естественно, к рифме), присущую песнопениям Царя Давида, в канонические тексты Псалтири. Насколько это удачно получилось, читатель может рассудить на примере «Переложения псалма 1».

 

 

Михаил Ломоносов

 

Преложение псалма 1
1
Блажен, кто к злым в совет не ходит,
Не хочет грешным вслед ступать
И с тем, кто в пагубу приводит,
В согласных мыслях заседать,
2
Но волю токмо подвергает
Закону Божию во всем
И сердцем оный наблюдает
Во всем течении своем.
3
Как древо, он распространится,
Что близ текущих вод растет,
Плодом своим обогатится,
И лист его не отпадет.
4
Он узрит следствия поспешны
В незлобивых своих делах;
Но пагубой смятутся грешны,
Как вихрем восхищенный прах.
5
И так злодеи не восстанут
Пред вышнего Творца на суд,
И праведны не воспомянуг
В своем соборе их отнюд.
6
Господь на праведных взирает
И их в пути своем хранит;
От грешных взор свой отвращает
И злобный путь их погубит.

Дата написания: 1749-1751 годы

Михаил Васильевич Ломоносов (1711-1765)

#поэт-экзегет #переводчик #псалом_1 #Давид #Ломоносов

Пс. 1

Назначение человека

 

Церковный год в русской поэзии

Воздвижение

Он шел безропотно тернистою дорогой... Алексей Плещеев

 

В день Воздвижения Креста Господня вспоминается не только обретение Честного Животворящего Креста в Иерусалиме, но прежде всего сама крестная жертва Спасителя. Поэт Алексей Плещеев, размышляя над этими событиями, говорит о жизни и распятии Христа, а также о том, с чем Он нас оставил и что мы с этим наследием сделали.

Начальная строка стихотворения «Он шел безропотно тернистою дорогой» в двух словах описывает земную жизнь Иисуса, а также Его отношение к ее завершению. Дорога была тернистой, это те тернии и волчцы, которыми человечество засадило свой путь и без Бога сквозь них не пробраться. В чем безропотность Христа?

Во-первых, в человеческом плане она выразилась в диссонирующем с ожиданиями израильского народа мессианстве. Это не столь чаемое восстание, не свержение власти кесаря, не торжество государства Израиль, нет, это тихая проповедь о Царстве Божием.

Во-вторых, в божественном плане она выразилась в отсутствии ропота на отвернувшийся от Бога, на утонувший в фарисействе народ, напротив это кроткое увещевание, сквозь которое нет-нет да прорвется горькое сожаление.

И в-третьих, безропотность Христа – это повиновение воле Отца, Который настолько возлюбил мир, что отдал Сына Своего Единородного, чтобы всякий верующий в Него не погиб, но имел жизнь вечную.

Все эти смыслы безропотности Христа концентрируются в последних часах земной жизни Спасителя, когда «он шел безропотно» по короткому пути к Голгофе, о чем и повествует второе четверостишие.

Своих современников, живущих в XIX веке, Алексей Плещеев называет «слабыми детьми скептического века». Самые горькие плоды века просвещения, века XVIII, – это утратившие веру люди. Оттого и слабые. «Великому назначению человека» – обожению – они предпочли, как те вавилонские строители, сделать имя себе. И вот немного остается времени до появления одной из самых глупых в своей самонадеянности фраз: «человек – это звучит гордо». Но поэт не теряет надежды, пытается пробудить «спящую волю» в современниках. Он надеется на воздвижение воли, следующее за Воздвижением Креста!

В этом смысле стихотворение сообразно празднику. Крест Господень поднимается из-под земли, и «голос истины» прорывается сквозь напластования «корысти и суеты». Возвысится обретенный Животворящий Крест, и «Вдохнет и жизнь и силу / В наш обветшалый мир учение Христа!» Не обветшал пролежавший в земле Крест, а мир без Него обветшал.

 

 

Алексей Плещеев

 

***

Он шел безропотно тернистою дорогой,

Он встретил радостно и гибель и позор;

Уста, вещавшие ученье правды строгой,

Не изрекли толпе глумящейся укор.

 

Он шел безропотно и, на кресте распятый,

Народам завещал и братство и любовь;

За этот грешный мир, порока тьмой объятый,

За ближнего лилась его святая кровь.

 

О, дети слабые скептического века!

Иль вам не говорит могучий образ тот

О назначении великом человека

И волю спящую на подвиг не зовет?

 

О нет! не верю я. Не вовсе заглушили

В нас голос истины корысть и суета;

Еще настанет день... Вдохнет и жизнь и силу

В наш обветшалый мир учение Христа!

 

Дата написания: 1858 год

Алексей Плещеев (1825-1893)

#церковный_год_в_русской_поэзии #праздник #Воздвижение #Плещеев

Ин. 19:17

 

Доверие Богу

 

Поэт-экзегет

Я посох мой доверил Богу. Вячеслав Иванов

На примере стихотворения Вячеслава Иванова «Я посох мой доверил Богу» порассуждаем о том, куда это доверие приводит человека.

Посох помогает при длительном путешествии пешком. Странник сжимает его рукой, опирается на него. Помощь посоха особенно ощущается при подъеме на возвышенность. Что значит доверить посох Богу? Это значит, что Он, уже Своею рукой взяв посох, поведет доверившегося ему странника. В этом смысле посох становится жезлом, то есть тем орудием, с помощью которого ведут, указывают направление. У кого был жезл? У Моисея. И в этом доверенном Богу посохе, в этом жезле Моисеевом была такая сила, что им наводились казни на египтян (Исх. 7-12), пробивались источники с живительной водой, жезл Аарона расцвел и дал цвет. Народ израильский был ведом жезлом в руке Моисея. Человек же ведом посохом, доверенным в руки Божьи.

Но доверенный в руки Бога посох это еще и крест. Бог понес крест грехов человеческих, и человек также несет свой крест, но при этом крест своей тяжестью дает понять человеку насколько он слаб, немощен для такой ноши. Поэтому лучшее, что можно выбрать, это доверить свой крест Богу.

В стихотворении Вячеслава Иванова цель пути – дом Божий. Кроме Господа никто не знает туда дорогу. Но что это за дом? Это утраченный рай, это обещанное Царство Небесное. «Что в нем оставил я – забыто, / Но будет вновь обретено». На пути туда встают «чары земные», но, чтобы избавиться от их действия достаточно повернуться лицом к хозяину дома. 

Но кто же этот странник? Этот странник – блудный сын, не только тот притчевый блудный сын, а каждый человек, пожелавший забрать свою часть наследства сейчас и удалиться от отца, от Бога, то есть жить согласно своему произволению. И вот этот странник, стремящийся домой, говорит: «знает сердце – буду встречен / Меня дождавшимся Отцом». В притче отец выбежал навстречу сыну, в стихотворении это стремление Бога к обратившемуся к нему человеку выражается в том, что Он вкладывает в его сердце знание о том, что его ждут, отсюда строки: «знает сердце – буду встречен». Знание сердца – это также отсылка к тому, что дом Бога, Царствие Божие внутри человека.

Итак, человеку, доверившему свою жизнь Господу, не только дается помощь в несении тягот жизни, человек не только принимается как сын, человеку дается главное – возвращение домой, где «все мое – твое».

 

 

Вячеслав Иванов

***

Я посох мой доверил Богу

И не гадаю ни о чем.

Пусть выбирает Сам дорогу,

Какой меня ведет в Свой дом.

 

А где тот дом – от всех сокрыто;

Далече ль он – утаено.

Что в нем оставил я – забыто,

Но будет вновь обретено,

 

Когда, от чар земных излечен,

Я повернусь туда лицом,

Где – знает сердце – буду встречен

Меня дождавшимся Отцом.

 

Дата написания: 1944 год

Вячеслав Иванович Иванов (1866-1949)

#поэт-экзегет #доверие_Богу #блудный_сын #посох #жезл_Моисея #Иванов

Исх. 7-12, Чис. 20:11, Чис. 17:8, Лк. 15, Лк. 15:31, Лк. 17:21

Рождество Богородицы – первое из чудес

 

Церковный год в русской поэзии

Рождество Богородицы. Алексей Ушаков

 

Рождество Богородицы – первый великий праздник церковного года. Оно же и первое чудо, предвосхищающее чудо рождения Бога в мир. Но что столь чудесного в рождении Приснодевы Марии?

Иоаким и Анна были уже в старческих годах, но не имели детей. Как пишет в стихотворении «Рождество Богородицы» священник Алексей Ушаков: «Их жизнь была, как путь без цели». В то время бездетность рассматривалась как отсутствие благословения Божьего. И вот они получают это долгожданное дитя, Марию. И жизнь их преображается. Чудо рождения от неплодной – свидетельство того, что природа отступает перед Божьей благодатью, что раньше времени не должно было родиться той, через которую воплотится Бог.

Долгое описание слез, тоски благочестивой четы напоминает о долгом ветхозаветном ожидании Мессии, о том, что вот-вот сбудется «пророков светлая мечта». Алексей Ушаков показывает, что несмотря на то, что «не увидит поколенье / их дней пришествия Христа», они уже имеют повод для надежды, для радости. Не совсем понятно, почему автору рождение видится как сон. Это можно объяснить тем, что то, что случится на веку самой Марии, не будет воочию увидено ни Иоакимом, ни Анной. Сон – предвкушение грядущих евангельских событий.

Когда поэт пишет: «чредою быстрою бежали / теперь их дни, зари ясней», отчетливо представляются две вещи. Дни бегут не только потому, что для пожилых родителей время летит быстрей. Здесь бег самого времени ускоряется, намекая, что вот-вот наступит полнота времен. Но эти скоротечные дни ясней зари. Говорят, что ночь темнее перед рассветом. Заря здесь – это предвосхищение восхода солнца правды.

Мария родилась, она посвящена Богу, она будет отдана в храм для служения, а после станет Богоматерью. Все это впереди, а сейчас можно сказать, что не только для родителей, для всего ветхозаветного мира «Забыты горе и печали, / забыты скорби прежних дней».

 

Священник Алексей Ушаков

 

Рождество Богородицы

 

Средь гор, в глубокой котловине,

храня преданья древних лет,

еще красуется доныне

священный город Назарет.

 

В трудах, молитве непрестанной

здесь доживал свой тихий век

благочестивый человек –

Иоаким с женою Анной.

 

Уже давно в их волосах

сребрятся старости седины,

давно потух огонь в очах,

чело прорезали морщины.

 

Слабеют силы; но опоры –

увы, – для старцев честных нет,

и, может быть, придется скоро

бездетным им покинуть свет,

 

и не увидит поколенье

их дней пришествия Христа,

когда свершится искупленье, –

пророков светлая мечта.

 

И сердце старцев постоянно

болело тайною тоской,

и слезы горькие порой

лила тоскующая Анна.

 

Но вот настали дни иные

для бедных старцев – наконец

над ними сжалился Творец, –

у них родилась дочь – Мария.

 

Младенца чудного рожденье

казалось старцам сладким сном,

как будто райское виденье

их осенило мирный дом.

 

Казалось, ангелы витали

средь этой мирной тишины

и сердцу тайно навевали

святые, радостные сны.

 

Их жизнь была, как путь без цели,

пуста, уныла и темна: –

у этой детской колыбели

вдруг изменилася она.

 

Забыты горе и печали,

забыты скорби прежних дней;

чредою быстрою бежали

теперь их дни, зари ясней.

 

Священник Алексей Дмитриевич Ушаков (1864-1943)

#церковный_год_в_русской_поэзии #праздник #Богородица #Рождество_Богородицы #Ушаков

Библия – книга книг!

 Поэт-экзегет 

Библия. Валерий Брюсов

«И познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8:32). 

В первый день церковного года, совпадающий с днем знаний по старому стилю, в первый день новолетия, мы поговорим (как это делают первого сентября в школах об азбуке и книгах), поразмышляем о книге книг – Библии – в свете одноименного стихотворения Валерия Брюсова.

Мы помним со школьной скамьи: «Книга – источник знаний! Знания, которые дают книги, делают вас свободными!» В том числе свободными от религиозных предрассудков. Позже стало очевидным, что пассаж о свободе и знаниях – это искаженное заимствование из Евангелия от Иоанна (8:32). Или, как сказал поэт, обращаясь к Библии: «Еврей, христианин, безбожник, / Все, все учились у тебя!» Это равно применимо к кодексу строителя коммунизма и к современной мотивирующей на успех психологической литературе.  

Сегодня, казалось бы, ничего не мешает прикоснуться к «тайне правды сокровенной». Но книга книг остается закрытой, а вместо нее открывается множество путеводителей, как стать богатым и посредством этого счастливым. В эпоху массовой и массированной информации человек не становится более информированным и жизнерадостным.

Нигде в Библии не сказано, как мне поступить завтра, что ответить на несдержанный тон начальника, зато есть легкие рецепты в других книгах, рецепты, нацеленные на продажу этих рецептов, а не на личное счастье человека. Как оказывается на практике, эти рецепты оказываются нерабочими, что подтверждают судьбы их авторов.

Дело не только в качестве литературы, но в самом читающем. Если быть предельно честным, слезы вызывает не продажа братьями Иосифа, а падение собственных продаж в бизнесе, не сияние лица Моисея, несущего скрижали, вызывает восторг, а отблески вспышек фотоаппаратов на собственном лице на фоне чего-то величественного, чему человек хочет быть причастным. Иными словами, не что-то далекое, архаичное тревожит человека, а насущные проблемы и чаяния.

К Библии отношение в лучшем случае, как к чему-то величественному и непостижимому, к чему-то, что откроется в исключительных условиях, а потому это отношение к книге – не на сегодняшнюю потребу. Но когда эта потреба возникает, человек растерян, он не знает, где среди этих тысячи страниц для него написан ответ. Ответ может быть найден только тогда, когда уже знаешь эти страницы, примерно ориентируешься, где искать.

В этом случае будет проще понять и разделить восторженные слова Валерия Брюсова, адресованные книге книг.

Валерий Брюсов

Библия

О, книга книг! Кто не изведал,

В своей изменчивой судьбе,

Как ты целишь того, кто предал

Свой утомленный дух – тебе!

В чреде видений неизменных,

Как совершенна и чиста –

Твоих страниц проникновенных

Младенческая простота!

Не меркнут образы святые,

Однажды вызваны тобой:

Пред Евой – искушенье Змия,

С голубкой возвращенной – Ной!

Все, в страшный час, в горах, застыли

Отец и сын, костер сложив;

Жив облик женственной Рахили

Израиль-богоборец – жив!

И кто, житейское отбросив,

Не плакал, в детстве, прочитав,

Как братьев обнимал Иосиф

На высоте честей и слав!

Кто проникал, не пламенея,

Веков таинственную даль,

Познав сиянье Моисея,

С горы несущего скрижаль!

Резец, и карандаш, и кисти,

Еще светлей, еще лучистей

Творят ряд образов твоих!

Какой поэт, какой художник

К тебе не приходил, любя:

Еврей, христианин, безбожник,

Все, все учились у тебя!

И сколько мыслей гениальных

С тобой невидимо слиты:

Сквозь блеск твоих страниц кристальных

Нам светят гениев мечты.

Ты вечно новой, век за веком,

За годом год, за мигом миг,

Встаешь – алтарь пред человеком,

О Библия! о книга книг!

Ты – правда тайны сокровенной,

Ты – откровенье, ты – завет,

Всевышним данный всей вселенной

Для прошлых и грядущих лет!

 

Дата написания: 1918 год

Валерий Брюсов (1873-1924)

#поэт-экзегет #Библия #Ветхий завет  #Священное_Писание #Брюсов

Быт. 3:1-6, Быт. 8:11, Быт. 22:9, Быт. 29:17, Быт. 32:24-28, Быт. 45:15, Исх. 34:29.